Только в нулевые и начали собственно есть

30 мая 2011 года

Цитата из интервью Татьяны Толстоы для пермской "Соли" saltt.ru "Вы в своем блоге много пишете про еду. Неужели это самая интересная для вас в ЖЖ тема? — Нет. Не самая. Но была у меня мысль кое-что написать, связанное с едой. Не кулинарную книгу, это не по моей части. Меня больше интересует привязка меню к разным эпохам. Кроме того, нет более кровавых битв в ЖЖ, чем битвы кулинарные. Какие оскорбления! Какая ненависть! Какие истерики! Какие издевательства! Какое самомнение! Сетевые кухонные злодеи — я даже имен их называть не буду, чтобы не вызвать обрушения потолка: ведь они прочесывают Сеть «Яндексом», чтобы найти упоминание о себе. Или вот драмы: девушка NN обнаруживает, что ее френды также зафрендили и кухарку ХХ. А ведь ХХ — подлюка! Она воображает, что умеет готовить барашка по-бургундски, а сама-то не знает, где Тамбовская область, а не то что Бургундия! И вот NN требует, чтобы все немедленно отфрендили наглую тварь ХХ, а если нет, то NN покончит с собой (в смысле — сотрет свой дневник). Куда там боям в Ливии. Битва за какие-нибудь драники — вот где вихрь и буря. — Можно ли понять, каков человек по тому, что он ест? — Не думаю. Иногда человек просто ест то, что доступно. Советские люди — если посмотреть на них со стороны — обожали колбасу. Колбаса стала именем нарицательным, вот даже есть термин «колбасная эмиграция». Но это от отсутствия выбора. Сейчас люди хотят есть другое. Например, свежее и полезное. А вообще, конечно, еда — это очень важная, интимная вещь. Человек, хочет он или не хочет, а ест постоянно. Можно воздерживаться от секса, а от еды хрен ты воздержишься. Ты к ней привязан цепью. Она твоя, а ты ее. Поэтому человек отстраивает себя относительно Вселенной с помощью еды. Религиозные запреты, посты — это же всё игры не с едой, а со Вселенной, со своим физическим в ней существованием. — Пост начался. Будете держать? — Я не пощусь. — Вы сказали, что посты про еду лягут в основу книги. Это будет что-то вроде «Колобка» Александра Гениса? — Нет, я еще не знаю, что я напишу и напишу ли про еду вообще. У меня пока другие проекты на очереди. — Какая еда характерна для сегодняшней эпохи? Скажем, для нулевых. — Ну, прежде всего, только в нулевые и начали собственно есть. Для эпохи нулевых вообще характерно есть. Есть, говорить, интересоваться, писать о еде, ругаться по поводу тех, кто правильно или неправильно описывает, скажем, рестораны. Имена кулинарных обозревателей известны не меньше, чем имена политических журналистов: например, Дарья Цивина или Светлана Кесоян так же на слуху, как Олег Кашин или Андрей Колесников".