Периодически сюда захожу (даже отзыв есть от апреля 21-ого года). В основном тогда, когда на побывку с заснеженных беломорских сопок прикатывают приснопамятных «дней моих суровых» загрубелые, но ответственные господа-бичи – дружественные дальнобойщики с надеждой в образовательных целях припасть к петербургским злачным достопримечательностям и отечественным питейно-закусочным разносолам, которые, впрочем, зачастую поступают к нам с их же северных широт. Зато здесь подача эстетичная! Не в пример прибрежным мурманским коптильням и озерно-лесным заимкам.
Сейчас же, благодаря одному проныре, поступило цивилизованное предложение, от коего не смог отказаться в силу гастрономического интереса, связанного с отсутствующими в основной части меню дополнительными наименованиями, доступными к потреблению до конца текущего года и с выделенными в отдельный раздел разномастными салатами «Оливье» в количестве семи фактурных единиц.
Встречают, сопровождают, одаривают комплементами до начала трапезы в виде безалкогольного лимончелло с имбирем и розмарином, а также набора с сушками и конфитюром-повидлом к пузатому чайнику с травяным отваром «Сердце Алтая», а после ее окончания в форме двух баночек с доморощенным вареньем из вишни и еловых шишек. После заказа в ожидании закусок советуют почитать газетку с историей возникновения традиционных русских блюд и пушкинскими хрониками царского периода, а по прочтению дают возможность ознакомиться с коллекцией музейных монет, кои можно трогать, поскольку имеем дело, все-таки, с качественными копиями (по моему разумному мнению).
«Оливье» по рецепту 1864 года». Узнаваемый с закрытыми глазами, но не тяжелый и приторно-майонезный, а легкий и воздушный. Невесомая заправка комбинирует с соленостью от красной икры, симбиоз филе утки и креветок привечает вместо опостылевшей колбасной продукции. Вам не хватает сусального золота в составе? А оно есть! Не даром, судя по трактирному путеводителю, рецепт отсылает к году перестройки роскошного здания гостиницы «Эрмитаж». Говорят: где-то там и создали тот самый первый экземпляр… Кто будет проверять? Остается лишь верить на слово.
Постный «Оливье» с белыми сибирскими груздями. Действуем на контрасте. В начинке моченая брусника, соленые огурцы хрустящими кубиками, профильные грузди, засоленные в ключевой воде и майонез, замешанный на миндальном молоке. На слух чистое водочное упоенье! На вкус и вид «Оливье» не такой пышный по именам как предыдущий, но… совсем другой. Наверное, воздержанный. А воздержанность такого обильного салата нам в новинку. А познавать новое мы любим!
Майонез из окуня, сервированный желе из шампанского, красной икрой и золотом. Снова деликатесы в оформлении: «Опять ты мне эту икру поставила! Хоть бы хлеба достала.»Ⓒ Это трудоемко - замастырить такую рыбеху. Наполовину рийет - паштет, наполовину заливное – желе ледышками отдельно. Даже жалко трогать! Вот под охлажденную рюмку свернуть башку, подцепив за жабры, – другое дело! Тотчас не осмелился, но, надеюсь, при иных посиделках богато наряженный окунь меня простил бы, беззаботно труся плавниками.
Похлебка из белых грибов. Позиция из основного меню, из-за отсутствия осенних супов в дополнительном приложении. Канон. Аромат висит над столом густой пеленой, белоснежная сметанка браво перекочевывает из плошки в миску. Грибы сплошняком белые. Если годами рецептура не меняется, то остается только поаплодировать!
Артишок, фаршированный раками и телятиной. «А нам известно аж с Петра, что голь на выдумки хитра - нашел, купил, развел и сам же выпил.» Ⓒ Блюдо времен Петра Первого – любителя европейской просвещенности. Артишоки везли аж за тысячи километров к царским ассамблеям. В описании указан сливочный биск, но по мне он так вовсе не биск, а чуть свернувшееся молочко. Но и без конкретного соуса креатив прет через «прорубленное окно» – дальше некуда! Артишоки, раки… Не жизнь, а песня! Гусли, домры, литавры и тромбоны.
Голубцы из лося. Все же корректнее будет «с лосем». Извините. Кислотно на вид – в сём виноваты тоненькие листья шпината. Традиционности «нуль», но ведь и разворот с новоявленными наименованиями не шибко простецкий! Голубцы в плотном капустном листе подают практически везде, а сейчас мы играемся. Когда наиграемся – видно будет.
Варенец с брусникой и кедровыми орехами. Отменно! И полезно для здоровья. Посуда смотрится эталонно в тон десерту. Тем не менее, крайне необходимо вместо шарика пломбира в сливочную кисломолочную патоку класть нечто бисквитное или песочное, а то масло масляное выходит. Орешков для полноценного разнообразия маловато. Положили печенюшку? Лучший десерт на свете!
«Наполеон» с черникой. До кучи торт из основного меню. Не «Наполеон», а ярко выраженный мильфей в «тысячу листов». Хотя, этих фГанцузиков хрен поймешь… Для любителей подобного ломкого формата, хотя изливающийся из ложки в ложку варенец вне конкуренции. Алёша предлагает перевести его в разряд постоянных!
Шарик хлебного мороженого. Самый последний трапезный комплемент. Терпкий, перекатывающийся крошками на зубах. Могу сказать, что такого хлебного фееричного варианта я не встречал даже у моего доброго товарища-кондитера Кирилла Виноградова, положившего жизнь и судьбу на изготовление всеми любимого сладкого продукта питания для радости детишек, девчонок, старушек и в детство впадающих. Прости, брат! Кстати, совет администрации: попробуйте в варенце не пломбир, а «окатыш» хлебного.
Давным-давно еженедельно катался в Тярлево на «праздник живота». Ныне лишь скидочную карту раздаю направо-налево пушкинской молодежи – страждущей и необученной. А сам даже не рассматриваю подобный сюжет. Тут же еще имеем и вид из каждого окна на восстановленный Екатерининский собор. Из каждого окна размашистого, вкусного ресторана. Ресторана для добрых жителей и здравомыслящих гостей.
«…Все флаги в гости будут к нам, и запируем на просторе.» А.С. Пушкин. «Медный всадник».
