Неуловимый «Баффало»… Год назад стремился сюда романтически возвышенным, сейчас же попал философски невозмутимым.
Внутри мешанина из кресел, диванов, стульев и столов, тяжелые портьеры отделяют залы друг от друга и от помывочного узла с приемным окном для грязной посуды. Расположение «ентова» окна вызывает некоторое беспокойство, ввиду уж совсем близкого соседства с приватной кабиной. Хочется как-то интимного уединения в плюшевом декоре, а не бряцания ложками над ухом. Нагромождение предметов роскоши по залам как у ростовщика Лоскуткова из «Сватовства гусара». Руки бы оторвать установщикам мебели – столик, за которым я обитал, был зверски обезображен глубокими царапинами, будто шрамами…
От окна безбожно дует, от батарей безбожно жарит. Так и сидел, «синий» сверху – «красный» снизу. Входная дверь больше напоминает межкомнатную. Удивительно наблюдать в Российской Федерации дверь на улицу со стеклянными витражами. Маргиналы, действующие на разрушение, перевелись?
При всех несуразностях интерьер довольно мил. Испытываю, знаете ли, слабость к сводчатому необработанному кирпичу. Pardonne-moi ce caprice d’enfant? Понятно теперь каким боком здесь появился старина Шмидт. Не иначе как тоже испытывает слабость к кирпичным аркам еще с незапамятных времен той самой первой великой «Академии». К слову, столкнулся с Александром Эдуардовичем в дверях. Десять лет, которые мы не виделись, не изменили его совершенно. Он такой же щетинистый и слегка помятый лицом.
Меню представляет собой один листик формата А4. Выбор блюд небогатый. Поскольку название места питания говорит само за себя, прошелся исключительно по мясу.
Теплый салат с бараниной. Обжаренный в мундире картофель крупными кусками, неестественно белоснежный редис, соленые огурцы, чуть заветренный зеленый лук, буквально несколько капель дижонской горчицы. Где-нибудь на свадьбе в Малиновке этот номер бы прошел, а вот на самой ресторанной улице Санкт-Петербурга данный салат смотрится утопией. Составляющие сами по себе, как их покромсали друг на дружку, так и лежат слоями. Совсем уж некреативно.
Суп-гуляш с говядиной. Омерзительно. В плоской тарелке лежит что-то наподобие жидкого второго. Но проблема не в этом, проблема в мясе. Мясо, гарантирую, тушенка. Длинные волокна с невероятным количеством топленого жира. Поцедил жидкость сквозь зубы, прикрыл бумажной салфеткой, чтобы на лишние вопросы не отвечать, отвернулся к дрожащему на семи ветрах окну и стал ждать стейк.
Филе Миньон. Шик, блеск, красота. 250 грамм, но кажется вес больше. Предупреждают, что изготовлено в какой-то хрени на «J». Уже по виду и запаху понял, что не промахнулся. Два вида соуса - мясной бульон и тертые овощи. Второй лучше. Не перебивает вкус мяса, а дополняет его весенне-летними красками. Во вкусе чувствуются шашлычные нотки. В лучших традициях…
В сторону десертов даже не взглянул. А то, что-то, в последнее время, моей личностью сексоты заинтересовались. Вот не думал и не чаял я… Цугцванг, деточка, цугцванг.
КомплЕЕЕментом хлеб (обычная круглая буханка) с тмином и творожное масло с травами.
Сервис доброжелательно-позитивный, здороваются-прощаются, но из-за недостатка площадей народ кучкуется у барной стойки и, поэтому, курящему залу внимания не достается. Оттуда вышла, надув губки, девушка с глазками на мокром месте и с просьбой о принятии заказа.
Кухонный вектор охватывает все пространство от нуля до бесконечности, от огромного минуса до огромного плюса. Три вида мяса не закажешь же в один присест. Следовательно, есть мнение, что надо основательно поработать над тем, что еще предлагается помимо оного. А так, заведение далеко не последнее на улице Рубинштейна, но и до призовых мест ему двигаться и двигаться.
