Частица Норвегии. Сила лютефиска

1 апреля 2011 года

Черезвычайно забавный, хоть и очень старый рассказ о примечатльном норвежском блюде. Возможно, Вы уже читали этот текст, но для новичков будет пара минут животворящего смеха. Так, наверное, о лютефиске рассказал бы Марк Твен, но слава Богу, он это не пробовал :) И не обманывайтесь картинкой!

"Лютефиск" - печально знаменитое норвежское блюдо, приготовленное из вымоченной в щелоке [Щелок – водная вытяжка древесной золы, вследствие содержания поташа действует при мытье белья и пр. так же, как и сода. - прим. перев.] рыбы. Хотите узнать побольше? Моя привычка во время путешествий - воздерживаться от туристического в пользу реального, то есть убеждать моих добрых хозяев, кем бы они ни были, что вечер в местной пивнушке, наполненный всем, что аборигены используют для затуманивания разума, будет гораздо интереснее очередного эспрессо в очередном заведении под названием кафе "Опера". Главнейший среди моих интересов - Любимое Блюдо: тарелка, чашка или миска всего, что мои хозяева считают самым представительным достоинством региона. Так как я только что закончил недельную работу в Осло, таким блюдом был, конечно, лютефиск. (звуковые эффекты: органная музыка в минорном тоне нарастает и обрывается) Норвежцы удивительно солидарны в отношении своего пристрастия к этому веществу. Каждый из них срывается в бешеное неистовство славословия лишь при одном только упоминании этого слова. Хотя эти панегирики были так же разнообразны как и чрезмерно льстивы, все они имели одну общую составляющую. Каждое рекомендация на тему тайного очарования вымоченной в щелоке трески заканчивалась фразой: "... но я ем это только раз в год". Когда я с нажимом пытался выяснить у моих хозяев, почему же они намеренно отрекаются от самого вкусного (после влагалища) рыбного блюда 364 дня в году, каждый из них говорил: "Ну, лютефиск нельзя есть чаще, чем раз в году". (Их единство мнений в тот конкретный момент носило такую же законченность ответов, как и ответы сайентолога о безвременной кончине Л.Рона Хаббарда [основателя секты сайентологоии. - прим. перев.]). Однако несмотря на все мои дурные предчувствия, вызванные этими диалогами, не оставалось ничего, кроме как наконец-то попробовать местный деликатес. Был разработан план, согласно которому мои хозяева и я завалимся в местный ресторанчик, и я закажу что-нибудь неопасное, вроде бифштекса из северного оленя, а они закажут лютефиск. Порции в этом заведении большие, заверила меня принимающая сторона, так что после того, как я лично удостоверюсь, насколько восхитителен рыбный студень, я смогу поиметь его соответствующее количество с каждой из их тарелок, дабы насытиться этим новым лакомстовом. Увы, все, кроме тщательно приготовленного плана.... Хозяйка, явно настроенная на праздничный лад (и, возможно, подбодренная моим скорым отъездом из их гостеприимного дома), заказала лютефиск всем, по кругу. "Но я собирался заказать олени..." "Нет-нет-нет-нет," - сказала она. "Вы должны взять свой лютефиск. Было бы неприлично пригласить вас в Норвегию и не угостить целой порцией лютефиска." Мое бормотанье насчет того, что я никогда не настаивал на формальностях, прошло незамеченным, и спустя мгновения где-то на кухне возник лютефиск с моим именем. Официантка, передав заказ повару, вернулась с бутылкой и тремя рюмками и некоторое время расспрашивала моего хозяиня. Когда она ушла, он рассмеялся, и я поинтересовался, что она сказала. "А, она спросила, будет ли американец действительно есть лютефиск, и когда я подтвердил это, она заметила, что к этому блюду надо привыкнуть." "И как долго привыкать?" - спросил я. "Ну, она сказала, что пару лет," - ответил мой хозяин. В это время хозяйка нацедила прозрачной жидкости в рюмку и протянула мне. Когда я узнал, что в рюмке аквавит, я запротестовал, так как намеревался еще немного поработать в поезде. "О, нет," - сказала моя хозяйка, нацепив улыбку, которую вежливые люди используют, отдавая приказ. "С лютефиском обязательно надо пить аквавит". Чтобы понять отношение между аквавитом и лютефиском, приведу эксперимент, который вы можете провести дома. Кроме аквавита, вам понадобятся ломтик лимона, крекер, полотенце, кетчуп, листик салата, немного икры и плитка шоколада Kit-Kat. 1. Выпейте рюмку аквавита. 2. Выпейте вторую (они маленькие). 3. Положите немного икры на листик салата. 4. Положите салат на крекер. 5. Выдавите лимонный сок на икру. 6. Налейте немного кетчупа на шоколадку Kit-Kat 7. Завяжите себе глаза полотенцем. Если вы вслепую можете различить вкус икры с крекером от кетчупа с шоколадом, вы еще недостаточно выпили аквавита для того, чтобы быть готовым к лютефиску. Повторите операцию с пункта 1. Первый настоящий признак беды появился по прибытии тарелки, поставленной перед моим хозяином, который сидел по левую руку от меня. На тарелке был набор темных и ароматных продуктов различной структуры. Уже закалившись для встречи с бледным студнем, я удивился такой картине и наклонился поближе к тарелке, чтобы рассмотреть все поближе. "А," - сказал хозяин. "Это не лютефиск. Я передумал и заказал юлетид. Это свинина и колбаски". "Но вы завтра улетаете в Нью-Йорк, так что сегодняшний вечер это ваш последний шанс поесть лютефиска в этом году," напомнил я. "Ну, что ж, подумаешь," - сказал он, жадно вгрызаясь во что-то похожее на вкусную свиную отбивную. Вскоре после этого принесли две оставшиеся тарелки, и на каждой был лютефиск, вареный картофель и гороховое пюре, из которого умело выпытали весь цвет. Также присутствовал небольшой гарнир в виде ломтика огурца, дольки лимона и кусочка красного перца. "Это абсурд!" сказала хозяйка, сбрасывая гарнир со своей тарелки. "Что не так?" спросил я. "Мало лимона?" "Нет, но тарелка лютефиска должна быть полностью серой!" И вправду, после уборки гарнира она стала абсолютно серой в ожидании нетерпеливого поедания. Не откладывай на завтра то, что можешь сделать сегодня; и я отделил вилкой кусок мертвого тела трески и поднес ко рту. "Подождите," - сказал хозяин. "Так это не едят." "Окей," - сказал я. "Как же должен это есть?" "Разомните картошку, добавьте немного лютефиска, потом немного бекона," - сказал он, протягивая мне соусницу, до краев наполненную плавающими в жире кусочками бекона. Я начал вылавливать кусочки из соусницы. "Нет, не так, а вот так," - сказал он, выхватывая соусницу у меня из рук и наливая на три пальца чистого свиного жира поверх бежевой кашеобразной массы, уже приготовленной мной из картошки и лютефиска. "Теперь можно есть?" "Нет, пока нельзя. Надо добавить горчицы." "И перца," - добавила хозяйка. "К лютефиску надо много-много перца. И есть надо сразу, а то он ужасный, когда остынет." Они начали добавлять перец и горчицу в количествах, уместных скорее для ингридиентов, чем для приправ. У меня получилось корчневое месиво с горчицей, приправленное кусочком лютефиска. "И что тут может быть страшного?" подумал я про себя и поднес вилку ко рту. Момент, ради которого живет каждый путешественник, это обед из национальных блюд, на котором путник, соблюдая меры предосторожнсти при погружении в местный деликатес, который должен бы вроде быть отвратительным, вдруг обнаруживает, что блюдо не только вкусно, но и противоречит всем имевшимся предубеждениям о еде, расширяя кулинарные горизонты до новых запахов, вкусов и структур. Так вот, лютефиск не относится к таким блюдам. Лютефиск скорее отвечает вашим ожиданиям от студня из трески. Это омерзительное и вонючее липкое вещество, чья желеобразная структура и тошнотворный маслянистый вкус вдохновенно соревнуются в приведении блюда в совершенно несъедобное состояние. Как же описать тот первый кусочек? Это немного похоже на демонстрацию почечного камня непосвященному. Если вы говорите с кем-то, кто сам пережил операцию, кивка будет достаточно, чтобы понять разделенную боль, а для объяснения незнающему простых слов будет недостаточно. Так и с лютефиском. Можно перебрасываться известными фразами вроде “грязная тошнотворная липучка”, “невообразимо ужасно”, “продолжительный психологический ущерб”, но все это кажется поверхностным в нашем случае. Мне придется прибегнуть к рецепту метафорического лютефиска, чтобы описать свой опыт. Возмите приготовленный без сахара зефир, смешайте его с переваренной японской лапшой, а потом вымочите все это в ацетоне. Оставьте мариноваться в холодном масле от печени трески при комнатной температуре на несколько дней. Когда оно достигнет подходящей консистенции (хотя слово “подходящий” здесь немного проблематично использовать), подогрейте до чуть теплого состояния, посыпте тысячами мелких, острых, невидимых рыбных косточек и подавайте на стол. Официантка, вернувшись забрать наши тарелки, окинула взглядом оставленное мной полусъеденное месиво. Она заговорщицки кивнула мне, сказала что-то моему хозяину и ушла. «Что она сказала?» спросил я. «О, она сказала, что сама тоже никогда не ест лютефиск, потому что он на вкус как питон.» Послесловие: Я думаю, что проблема в полотенце. Надо выпить достаточно аквавита, чтобы с открытими глазами не отличать икру с крекером от кетчупа с шоколадкой. Источник: http://gynter.livejournal.com/2178.html Перевод автора